А вы говорите «наркотики». Зачем они, если можно просто лечь спать?

By , 09.10.2008 20:44

Недавно приснилось, что я учусь во втором классе муниципальной школы и меня постоянно оставляют после уроков, потому что мне плохо даётся родной язык. И я сижу и часами пишу короткие сочинения. Пока всё как у людей. Вот только во сне на руках у меня по семь пальцев (два больших рядом, четыре прямых и один рудиментарный на запястье). И пишу я на листах бумаги, размеченных шестиугольной сотовой сеткой. А запись начинается в центре листа. В специально помеченной жирной границей ячейке. И идёт от него по спирали, по часовой стрелке. А так как я второклассник, то передо мной пропись для начинающих, где направление текста указано волосяной толщины линией. Такой же, какой границы ячеек отгорожены от уместного для письма пространства внутри них. Считается, что эта нить указывает направление хода времени. Писать в обратную сторону считается плохой приметой и дурным тоном, а ещё сто лет назад за это отрубали голову.

Письменность, знаки которой я заношу в пропись, сильно отличается по структуре от известных мне в «реальном» мире. Главное отличие: она рекурсивна. Записываемое позже заставляет изменять знаки, записанные до того. Можно забежать вперёд и разметить контуры тех частей повествования, до которых ещё не добрался, чтобы пришлось меньше перерисовывать то, что наносишь сейчас. По сути, это иероглифическое письмо, где каждый знак — понятие. Одна страница — один «период повествования», минута чтения (это единица измерения количества текста). Деления на абзацы нет.

Во сне я знаю, что есть великие каллиграфы, умеющие написать целую историю на одном дыхании, без возвратов и перерисовывания знаков. Признаком большого мастерства считается одновременно писать и рассказывать. Есть уникумы, которые пишут двумя руками сразу. Есть люди, которые умеют писать текст, читающийся в обе стороны и по радиусам. Есть сумасшедшие, которые проделывают ещё более сложные штуки. Всё это национальный спорт, вроде шахмат.

И во сне я точно знаю, что хочу стать таким вот каллиграфом.


Спонсор месяца: internetravel.ruСамый древний народ.

23 комментария “А вы говорите «наркотики». Зачем они, если можно просто лечь спать?”

  1. Охуенно, Арсений. Вот теперь мне стало действительно жаль, что я не вижу снов. Особенно таких.

    Арсений Фёдоров Reply:

    Ты знаешь, у всего есть обратная сторона. Я, например, часто не могу сразу понять, сплю или проснулся. Навь и явь путаются, сливаются.

  2. Gellada:

    Ты знаешь, это какой-то совешенно Борхесовский сон, я прямо-таки завидую...

    Арсений Фёдоров Reply:

    Мне просто записывать лень, как правило.

  3. Банановый рай:

    А может борхесовский не только сон? Борхес ведь был великий мистификатор.

    Арсений, докажи, что это твой сон :)

    Арсений Фёдоров Reply:

    Я могу доказать, что я не Борхес :-)

  4. Помню про фантастическую (SF) повесть о лингвистах.

    Инопланетянами использовалась именно эта форма письма, в конце повести людям все-же удалось провести обмен опытом, но результаты не были впечатляющими.

    Повесть была опубликована в «Если» около 1999 года. Названия и автора к сожалению не помню ...

    Арсений Фёдоров Reply:

    Опа. Я не помню, чтобы читал что-то такое.

    Впрочем, мог читать и забыть, голова не резиновая. Жаль тогда.

    Арсений Фёдоров Reply:

    Хм, но я и «Если» не читаю и не читал.

  5. Натуральный лавкрафтовский сон, кстати.

    Похоже, ты был второклассником, но не человеческим. Как насчёт Старцев? На людей они мало походили, но психологически были близки именно к людям.

    Арсений Фёдоров Reply:

    Тут есть две забавных подробности — для тех, кто понимает.

    1. У меня есть твёрдая уверенность в том, что «сонные путешествия» происходят в «человеческие миры». Может быть, по биологическому и психологическому сродству, может быть по духовному (извини за пафос). В явно чужие, нечеловеческие места я за двадцать с лишним лет практики попадал раза три. Ну пять, может быть. Это редкость.

    2. Разумеется, никого кроме себя я там не видел. Как и в предыдущие разы. Есть мнение, и не только моё, что психика себя так защищает от травм — если и видел что, то не помнишь.

  6. А вы говорите сон. Зачем , когда есть наркотики!

    По моему прикольно получилось.

  7. Вспоминается xkcd/203 (xkcd.ru/203)…

    А ещё вспоминается выражение вроде «зачем мне наркотики — мне и своей дури [веществ] в голове хватает». :)

  8. Класс. Хороший сон, здорово записано.

    Интересно, а как вы-во-сне держали стило? (Если кисть руки похожа на нашу, то, возможно, вот так: безымянный и мизинец прижаты к ладони; рудиментарный «запястный» лежит поверх безымянного и мизинца; противостоящие пальцы, указательный и средний держат стило примерно так же, как грифель держится в цанговом карандаше.)

    Арсений Фёдоров Reply:

    Ну, представьте, что у вас два больших пальца.

    http://kombinieren.ya.ru/?ncrnd=7034&nocookiesupport=yes Reply:

    Кое-кому было бы очень удобно.

    Арсений Фёдоров Reply:

    Ой, бля, я ненавижу их.

  9. Это мы привыкли здесь и сейчас к алфавиту как системе письменности. В современных алфавитах буква не имеет собственного значения, а текст — это всего лишь удобная транскрипция речи. Все правила современного письма служат только удобству прочтения (например, удобнее читать, когда направление строки предсказуемо, хотя к этому не сразу пришли) и никак не связаны со смыслом записываемого. Значки, составляющие слово, оторваны от обозначаемого им смысла.

    Более древные системы письменности ближе к самому первому способу записи информации — рисунку. Изображение лошади и есть лошадь, а последовательность событий естественно передаётся следованием изображений друг за другом. Из ныне живых систем письменности ближе всего к рисунку иероглифы. Хотя они уже и утратили непосредственную узнаваемость образов, свойственную пиктограммам, в иероглифах ещё прослеживается рудиментарная «образность», тождественность картинки и смысла. Потому-то китайцы учатся непременно наносить штрихи, составляющие иероглиф, в правильном порядке. Требования к порядку штрихов не обусловлены соображениями удобочитаемости, потому что результат от этого порядка не зависит. Значит, порядок штрихов связан со значеинем иероглифа и несёт в себе наследие единства формы и содержания.

    Отсюда и особая графичность иероглифического письма. Рисунок, образуемый текстом, для древнего каллиграфа был неотъемлемой частью письма, так же, как интонация — неотъемлемая часть устной речи. Ты и сам, помню, публиковал в ныне покойном своём ЖЖ восхитительные примеры арабской каллиграфии. Хотя арабское письмо — не иероглифы, а абжад (характерная для семитских языков система с подразумеваемыми гласными), в ней ханаанейская письменность, похоже, не успела так сильно ферментироваться, как в нынешних кириллице и латинице. Мы пишем знаками, в которых не узнать ханаанейских быка (А), рыбы (Д) или воды (М), ведь каждый следующий переписчик всё больше относился к ним, как к бессмысленным закорючкам, которыми принято обозначать звуки речи. Это всё равно что играть в графический «испорченный телефон» в цепочке из тысячи человек, и даже чудо, что наша М всё ещё хоть сколько-то похожа на зубчики-волны пиктограммы «вода». А вот представь себе, что ты пишешь такими «буквами», а они смотрят на тебя и не дают отвлечься от их собственного смысла. Если копнуть ещё древнее, то там найдём и направление строки, увязанное с основным образом пиктограммы: писать там можно было хоть слева направо, хоть справа налево, но птицы и люди всегда смотрели в направлении к началу строки.

    А что ещё ты помнишь о системе письменности, которую увидел во сне? Что это — иероглифы, слоговое письмо, алфавит? Может быть, даже сможешь вопроизвести какой-нибудь образец, хотя бы пару символов? По тому, что ты описываешь, больше похоже на хитрую идеографическую систему, где дорисовывание деталей добавляет подробности, например, добавление определённого штриха к иероглифу придаёт глаголу аспект безрезультатности (что становится ясно только позже).

    Кстати, какой формы были листы бумаги?

    Арсений Фёдоров Reply:

    По тому, что ты описываешь, больше похоже на хитрую идеографическую систему, где дорисовывание деталей добавляет подробности, например, добавление определённого штриха к иероглифу придаёт глаголу аспект безрезультатности (что становится ясно только позже).
    Да, примерно так.

    Мне тут в аську приходила знакомая и рассказала как раз про арабскую письменность. Которая очень похожа на то, что видел.

    Воспроизвести, наверное, не могу. Но значки вписываются не в квадрат, как японские или китайские иероглифы, а в круг или шестиугольник. Рисование значка начинается от центра наружу по часовой стрелке, так же как и всё письмо.

    Листы бумаги для письма от руки квадратные. В углах вне круга можно делать рисунки. Книги могут быть и квадратными, и шестиугольными, причём переплетаются они не в корешок, а веером.

    feldgendler Reply:

    А помнишь ли, какова была смысловая нагрузка одного знака? Слово, слог, звук?

    Арсений Фёдоров Reply:

    Вроде бы знак, означающий предмет, может одновременно описывать действие или свойство, присущее этому предмету. То есть нет отдельного понятия «летать», а можно написать что-то вроде «делает птичьи». Или «яблочного цвета» (зелёный).

    Это примеры уже мои, во сне ничего конкретно такого не было, но обрывки принципов остались в памяти.

    feldgendler Reply:

    Ну это вообще характерно для иероглифических систем — ими записываются обычно аналитические языки. В китайском языке, например, так и есть. Значит, твой родной язык во сне был аналитический. А вот интересно другое: если ты написал «я пошёл домой», то какие дополнения ты потом сможешь в эту запись внести?

    Кстати, если говорить об аналитических языках, весьма рекомендую в качестве упражнения для ума освоить язык Toki Pona, словарь которого содержит всего 118 слов.

  10. staszic:

    ...Вот так и возник Фестский диск...

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.

Panorama Theme by Themocracy