Вот и лунный Новый Год. Земляная крыска. Коричневая. Люблю крыс. Слабы поодиночке, живучи вместе. Быстры и грациозны. Видят в темноте и схватывают на лету. Садятся на голову быкам и вьезжают в города, свесив хвосты между рогов. И всегда находят выход. Не зная, зачастую, где был вход.
Женщина Лида знает о крысах больше, ведь у неё есть целая коллекция крысиных мозгов. Когда нибудь она зальёт их физраствором, тонкие пальцы свяжут проводами торчащие снизу нервы, я дёрну рубильник, подавая высокое напряжение — и голос с небес возвестит рождение Нового Крысиного Бога.
В течении нескольких минут всем плохим людям придёт пиздец. Потом время остановится и на всей Земле наступит вечная весна. А мы возьмемся за руки, пойдём и выпьем чего нибудь вкусного, мягко толкая перед собой Нового Бога в хрустальном аквариуме.
Как учил нас старик Айнштайн, М ускоряемого тела, по мере приближения скорости к С увеличивается и стремится к бесконечности. Если найти способ лишить тело массы (например, облучая особо сильными торсионными полями) — оно немедленно приобретёт скорость света и потеряет объём. То есть превратится в излучение. В одну единственную частицу. Я так подозреваю, что в нейтрино, у них как раз нет массы. И объёма тоже нет.
И это многое объясняет и позволяет.
Во-первых, на этом принципе можно создать какой нибудь ВундерВаффель для очередного произведения Отца Русского Киберпанка. Но это всё равно, что забивать гвозди электронным микроскопом. Потому что оптический всяко удобнее, я пробовал.
Во-вторых, можно считать, что нейтрино являются Компактифицированными Безмассовыми Космическими Кораблями каких нибудь космических похуистов. Внутре у них неонка, торсионный излучатель и зелёный негуманоид. Негуманоид груцкает тыту, торсионный излучатель превращает корабль в одно-единственное нейтрино и оно отправляется путешествовать по вселенной. Носит его до тех пор, пока он не наткнётся где-нибудь на нейтринный детектор. В детекторе загорается лампочка (неонка, обратите внимание), а КБКК потихоньку начинает терять скорость и приобретать объём и массу. Похуизм таких полётов заключается в том, что с оденой стороны направление и дальность полёта определяются неопределённостью Гейзенберга, а с другой полет для пилота продолжается бесконечно малое время. Фактически он груцкает тыту и замечает, что пейзаж за окном сменился. Процесс можно автоматизировать, прекращая груцканье вблизи поверхности пригодной для жизни зелёных негуманоидов планеты. Мгновенно появляющиеся и так же исчезающие НЛО, о которых так много говорят понимающие толк в травах люди — как раз и есть аппараты нейтринных бэкпэкеров.
В-третьих, Головачёва всё равно не переплюнешь. Не имеющее массы тело я себе ещё могу представить без приёма галлюциногенов, а вот мир с размерностью 3,14 — нет. Талант нужен. Особый.
Коммерческая ночная передача «Как умрёт наш хомячок?», по мотивам сайта и повести Йана Бэнкса «Осиная фабрика».
Прибыль от передачи получается путём всероссийских SMS-голосований.
Суть: в студии установлены несколько (5-8) модулей для убийства хомячков. Хомячки сидят в специальных клетках, отделённые откидывающимися люками (по принципу аппаратов для спортлото) от устройств для убийства — ванночки с дымящей азотной кислотой, многоконтактного высоковольтного разрядника, мясорубки-блендера, небольшого гидравлического пресса, ванночки с кипятком, муфельной печи особой конфигурации и — эти два девайса являются неисключаемыми — ёмкости с гуманно и безболезненно усыпляющим газом, в которую хомячок поступает через шлюз и просто клетки (хомячок остаётся в живых).
Передача рассчитана на 20 минут.
3: краткое изложение смысла происходящего, предложение голосовать по такому-то номеру, правила игры. 10: зачитывание вслух писем и отзывов из интернета, умиление хомячками, расхваливание их достоинств — глазок, лапок, шёрстки, пузиков — с сюсюканьем и придыханием. 1: подведение итогов голосования, торжественный спуск хомячка в ад, раз в месяц красную кнопку нажимает самый активный голосовавший. 5: смакование подробностей смерти хомячка — возможно, нужно две ведущих, одна восторженно-экзальтированная, другая отстранённо-холодная. 1: завершение передачи, анонс следующего выпуска
Вариант — хомячка гонят электрическими разрядами через ветвящийся лабиринт из оргстекла, где каждое разветвление снабжено захлопывающейся за хомячком дверкой, а ветки в конце-концов завершаются воронками над убивающими приборами.
Со временем проект может быть сильно расширен как по времени (до полноценной часовой передачи), так и по охвату (идеален для интернета), дополнен оплачиваемой потребителем интерактивностью (голосования за замену аппаратов на более изощрённые) и так далее.
А через год после запуска в нескольких центральных газетах напечатать очень подробную статистику: cколько сограждан пожелало хомячкам если не жизни, то хотя бы безболезненной смерти.
Новая московская сеть ресторанов православного питания — Фастфудья. Рекламный слоган, конечно: "Поститься, молиться, слушать радио «Радонеж»! Корпоративное лицо — усреднённый портрет из силуэтов Холмогорова, Крылова и Милитарёва. Корпоративный стиль — турецкий ампир. Корпоративное меню — противоречивый фьюжн из кухни дисциплинарных монастырей и дорогих нуворишеских борделей. Особые ночные программы для дщерей и невест христовых. Коктейль «Явление Богородицы». Причастие прямо у кассы за 3999 рублей. Фэйс-контроль на жидовские рожи и пархатость.
Троянский король. Персонаж и сюжет для современного русскоязычного женского фэнтэзи. По пояс деревянный, одинокий, вечно нетрезвый. Приходит к воротам чужого города ночью, упирается лбом в створки, засыпает. Утром, когда стражники распахивают ворота, падает мордой в городскую площадь. Тут его и подбирает сердобольная горожанка. Дальше головокружительные интриги, карьерный рост, трон, женитьба на горожанке — и, после стремительного падения в бездну запоя, поход к следующему городу.
Бизнес-идея — бригада по съемке домашнего порно. Два оператора (видео и фото), специалист по освещению и гриму, режиссёр, асисстент с медицинскими навыками (на случай физиологических проблем у заказчиков). Миссия услуги: дать финансово-состоятельным парам возможность почувствовать себя реальными порноактёрами и, конечно, получить к пенсии реальное свидетельство бурной молодости и чудесного прошлого — профессионально отснятые по оригинальному сценарию. В случае необходимости предоставляются (за отдельную плату) сессионные партнёры или группы партнёров (gang-bang, bisex, парное доминирование).
Однажды, на заре времён, жил был кот. И . Он рождался на сеновалах и в перинах, в помойках и на крышах. Он жил рыжим и серым, он был в полоску и пятнами, несколько раз он жил даже совсем без шерсти и тогда его называли сфинксом. Он умирал от старости и крысиного яда, от воды и огня. И всё начиналось сначала. Коту очень надоел этот круговорот, но сделать он ничего не мог. Так всегда почему-то получается — то, что другим кажется великим даром, для кота оказывается непосильной ношей.
И вот однажды невеликие силы кота иссякли и он вскарабкался на колени к первому попавшемуся богу. Тот погладил кота по животику, посмотрел на него и увидел, что коту нехорошо. Тогда бог наклонился и дунул коту в нос, отчего сил у кота сразу прибавилось. Но коту всё ещё было нехорошо. Не от экзистенциальной усталости, а от ожидания вечности.
Бог снова посмотрел на кота и сказал: С этим нужно как-то бороться, дорогой. Предлагаю на выбор — лайфспринг, синтон-терапия, нейролингвистический рефрейминг?
Кот был развит не только эстетически, но и метафизически. И ответил богу: Всё это суета сует, в ней нет ни покоя, ни души. Мне больше по нраву бесконечный уют завершённости.
Однажды, на заре времён, влюблённый кот сидел в темноте под высокими стенами сталинского замка и пел песню. Внезапно на третьем этаже открылось окно и на кота упало двенадцать литров кипятка. Так всегда почему-то получается — поёшь любовную песню, а тебя окатывают из ушата. Больно и обидно. Кот лёг где стоял и приготовился умереть прямо посреди клочьев слезшей с него шерсти. На его счастье мимо шёл знакомый бог. Он посмотрел на кота и увидел, что тому нехорошо. Тогда он взял его на руки, погладил по одному боку, по другому, пропустил через кулак хвост, дунул коту в уши — и ожоги сошли, а шерсть заколосилась пуще прежнего. Но коту все ещё было нехорошо. От когнитивного диссонанса.
Бог снова посмотрел на кота и сказал: Что же, я могу компенсировать тебе эстетический дискомфорт... Или как там его? Выбирай — дольче габана, анус вайтенинг, кристалики сваровски?
Кот был развит не только эмоционально, но и эстетически. И ответил богу: розовые маечки демаскируют меня на местности, от анальных вау-импульсов нет никакого проку, а кристаллики сваровски тусклее кошачьих глаз. Так что мне больше по душе неброский шик самодостаточной сдержанности. Тем более, что новая шерсть почему-то получилась прозрачной.
Однажды, на заре времён, один кот попался под горячую руку человеку, которого любил. И тот его пнул в бок. Ногой. Так всегда почему то получается у котов — попадаешься под горячую руку, а пинают ногой. Кот заплакал от боли, потому что человек сломал ему три ребра и пошёл куда глаза глядят. Прихрамывая, так как передней лапе тоже немного досталось. Шёл кот, шёл, и встретил бога. Тот посмотрел на него, и увидел, что коту нехорошо. Тогда он взял его на руки, погладил по боку, и рёбра срослись, а лапа встала на место. Но коту всё ещё было нехорошо. От обиды.
Бог снова посмотрел на кота и сказал: Давай, мой новый друг, я компенсирую тебе ущерб? На выбор — енларж ю пенис, генерик виагра или лайфтайм вискас поушн?
Кот был развит не только интеллектуально, но и эмоционально. И ответил богу: Пёзды у кошек невелики, на здоровье я, слава тебе, не жалуюсь, а от вискаса меня элементарно тошнит. Так что мне больше по душе не компенсация, а возмездие.
Будет так, — сказал бог.
С тех пор человеку, пнувшему кота, не везёт семь лет.
И обнаружил в наивной архитектуры доме (недалеко от Swiss Hotel) восхитительно уютную капсулу для сна и секса. Комнатка три на три и санузел два на два. И подсвеченный шкаф метр на метр. И ещё два окна, стол, кровать и телевизор. И чёрный толстый кабель, к которому можно прикрутить модем. И дверь в чудесное совершенно патио. И в нём кости китовые, и на стенах разные загадочные железные штуки, и мутной зелени стеклянные поплавки размером с хороший арбуз, упрятанные в верёвочные сетки. И маленький садик. И каменный мангал. И столик с навесом и стулья. И хозяин всего этого маленького чуда — хмурый старик лет семидесяти с гаком, встретивший нас в костюме, галстуке и белоснежной рубашке. И его руки рыбака. И его радостное удивление от того, что я русский. И если немного пройти в гору и свернуть, и ещё свернуть, и спуститься не в ту сторону, и проскочить между углами оград — будет невидимый снаружи, совершенно секретный мирадор над обрывом. И ветер снизу вверх. И на мгновение хочется прыгнуть с края и опереться на этот ветер. И долина на много километров, и горы, и холмы, и вулкан в дымке. И кукольные дома на склонах. И далеко внизу серый серпантин с цветными каплями машин. И всё вокруг такое... знаешь, как в неамериканских фильмах про Мексику. И одновременно похоже на приморские городки в Крыму, что я видел в детстве. И стены с прилепившимся к ним диким виноградом. И тихие, но внимательные собаки на крышах и за коваными воротами. И тщательно побеленная католическая церковь — а под ней склёпы в подвале, их видно через битые узорчатые стёкла. И прачечная, увешанная стеклянными распятиями и металлическими безделушками. И маленькая женщина в маленькой закусочной под самодельным плакатом, извещающим о том, что позавтракать здесь можно за доллар, а пообедать за полтора. И мне сейчас почему-то очень хочется затаиться там на несколько месяцев, ожидая, пока что-то дозреет внутри или, возможно, умрёт тихонько, оставив меня в покое. И я догадываюсь, что сегодня найду ещё что-то, ничуть не менее чудесное, и забуду всё, что видел вчера. И всё равно не пожалею о том, что не включал фотоаппарат, потому что виденное через его оптику, осевшее цифровой пылью на серой марке матрицы, приобретает другой вкус, цвет и смысл.
И мне очень не хватает здесь тебя, чтобы угостить всем этим.